Если ты похож на Чеви Чейза и любишь goth surf, space-age hillbilly stuff, spaghetti western soundtracks, little-haunted-house-on-the-prairie music, doom drone analcunt of 50′s, factory pop, — ты оказался в нужное время в нужном месте.

а у д и о л и з а ц и я _ в н у т р е н н е г о _ к и н е м а т о г р а ф а
g u a n t a n a m o ’ s _ g r e a t e s t _ h i t s

Alan Splet — (ныне почивший) ручной крот (в прошлом) старика Линча, умерший в один год с Джеком Нэнсом, что навевает определенные мысли; гениальнейший (слепой) саунд дизайнер, который еще в 70-х поимел всех современных_модных_японских_шумовых_террористов, буквально видел мир глазами звука. Фантастический нойз Сплета может заменить все комбинированные звуки мира.

У старика есть, что послушать: 1) фабричный рок от Грустного Боба; индустриальное поп-корн-безумие, записанное совместно со стильным ковбоем Джоном Нэффом; 2) трогательные, воздушные саундскейпы The Air Is On Fire; 3) коллаборация с вечно пьяным поляком Мареком (отличный фон для постельных утех) — Polish Night Music; 4) мой личный топ — 2 альбома Джули Круз, где дедушка отвечал за атмосферу и слова. Единственное, хочу вас предостеречь, — не слушайте его вокальные потуги. Хуже их только рак простаты! После Inland Empire, я понял, что у старика пора отнять камеру; после Good Day Today и прочих Ghost of Love, я понимаю, что деду нужен покой и чай по вечерам!

Первый полноценный лонгплэй Слассера был выпущен на зорновском Цадике в далеком 1997 году, когда землю сотрясал The Fat Of The Land. Delight At The End Of Tunnel — авангардный ураган в пустыне звука, стеклянная мозаика монументальности. Позже Дэвид, копируя Бадаламенти, переключился в традиционный джаз, но его первый альбом — достойное украшение коллекции любого ценителя прекрасного!

Анджело, как Анджела, — чуткий инструмент, разродившийся красотой под давлением Идеи. Старый, тучный американец итальянского происхождения дружен со мной со времен vhs и tape cassette. О Бадаламенти я снова буду писать\говорить исключительно после его смерти, т.е. еще не скоро. Сейчас слов не хватает. Рот открыт. Слюни текут.

Dale Cooper Quartet & The Dictaphones: «Дайана, это специальный агент Дэйл Купер, надеюсь, ты не будешь возражать, что я обращаюсь в этих записях к тебе даже тогда, когда разговариваю сам с собой. Просто очень приятно чувствовать моральную поддержку человека с такой развитой интуицией, как у тебя… Дайана, любой след имеет начало. В этом мире ничто не может произойти, не оставив следа. Я чувствую в этом деле что-то такое, с чем уже сталкивался раньше. Можешь назвать это злом, это что-то древнее и очень опасное, я с ним встречался уже трижды. Один раз в маленькой горной деревушке во время моих странствий. Другой — в колледже. А в третий — когда убили Каролину. В академии ФБР не только не учат, как с этим бороться, но даже не признают существования каких-либо потусторонних сил. Но эти силы существуют. Они крадутся во тьме или прилетают вместе с ветром. А иногда заползают в душу, подобно змее, и выжидают удобного момента, чтобы ужалить». В нагрузку: Clint Listning, Heroin and Your Veins, Swami LatePlate, Somewhere off Jazz Street, Triosk, Wibutee, Kava Kon, Supersilent, Somnambulist Quintet, Film Noir Project, Umberto, Low Light Situations, Radare, Klimek, etc.

Угодная Боль на костях джазового тела Линча\Бадаламенти. Борин Клуб Горя — полотно звука, призванное озвучить ни одно экранное соитие: индастриал-грэйт-нотэрн-гэнг-бэнг в поминальную ночь. Один из моих самых любимых коллективов. На чуиньке давно пылиться интервью моего папы с Кристофом Клёзером, саксофонистом Bohren & Der Club of Gore. Стоит обратить внимание на еще одних фашистов — Liquid Laughter Lounge Quartet. Я худею с их музыки. Она ранит меня прямо в душу! Возлагаю большие надежды на The Embassadors, чей последний альбом вышел на лэйбле Бернда Фридмана.

Мой пёрсонал джизас: Вон Джеймс Вон Уилси, повелитель тванг-тремоло, бывший участник коллектива Chris Isaak & Silvertone. Именно этот гринго отвечал за тревожную вселенную светлой лирики раби Исаака, с момента основания и до триумфальных 90-х, когда «Wicked Games» получила официальную прописку на всех радиостанциях мира. Несколько лет назад Уилси порадовал мир своим первым сольным альбомом. Это невероятно крутое месиво из дарк кантри и сиропа 50-х позволяет увидеть, как по вашей комнате скачет Клинто-бэд-эсс в своей шляпе и на вороном мустанге!

Вдогонку: Yawning Man, Big Lazy, Aqua Velvets, Friends Of Dean Martinez, etc.

Кладбищенский мыслитель Андрюша лакомится людскими сардинами. Ему можно. Назарбаев разрешил. The Kilimanjaro Darkjazz Ensemble — любимый коллектив и домашние кролики дедушки Нурсултана Абишевича, дай Бог ему здоровья да стволовых клеток. Уже давно Кёнэн и Кирс не забавляются саундтреками к божественной анимации Яна Шванкмайера и братьев Куэй, ими забавляется весь народ Казахстана!

The Mount Fuji Doomjazz Corporation разрывает густой гомосексуальный колорит серых будней. Метрополитен — храм сатаны, где бабушки жарят шашлык благоденствия. В люциферовом гнезде царит уют да покой. Уколись пряничком, бабушка. Уколись, милая.

Povarovo: не для кучки жирных фермеров, выращивающих кукурузу сорта Côte Déserte на полях родины, но для православных братьев и сестер. Христа больше нет — пусть каждый из нас станет Христом для ближнего своего! Даже на торрентах висит баннер со словами «Тайна Иисуса Христа — тайна благополучия и успеха!», а это уже не шутки. Собирайся на концерт Povarovo, как на крестовый поход!

Заводим The Bees Made Honey in the Lion’s Skull, глубоко дышим, руки вверх, руки вниз. Если заболела голова, то это хорошо. Значит она есть. Ничто так не согревает, как тепло земли и крематория.

Matthew Halsall — наследник Орнетта Коулмана и Майлза Дэвиса, чьи нотные потроха стоят того, чтобы изучить их острым скальпелем. Хотел бы добавить, что Мэттью выше всяких рамок и не ведет себя как одинокий мальчик-волк или психованная пидорская шлюха. Можете найти его на lastfm, добавить и обсудить тет-а-тет, чем отличается Bruce Willis Is Dead от Dick Laurent Is Dead.

Святые угодники, Tord Gustavsen Trio — это вам не ссать на ольху и могилу Esbjörn Svensson Trio! Как утверждает dermetfak: «Грешной свинье не стать салями… Все плохое пройдет. Мы снова станет веселыми и беспечными, как майская пизда.»

Слушая $.99 Dreams, я нередко представляю, как воевал Пьер Гийотта. Воображаю и смеюсь слезами. «Патриотический гимн» «Могила для 500 000 солдат», где роботы вожделения спасают детей от цензурного фашизма. Появляется саксофон и все портит. Не для меня. Для старика Гийотта.

The Lounge Lizards — нутро джармушевского композитора Джона Лури. Музыкой ящериц можно было бы озвучивать фильмы, типа Clean, Shaven, но его приласкал Джим Джармуш, старый любитель поэзии и крокодилов. Если бы ребята из Morphine гоняли бурого по вене, то госнаркоконтроль не сидел бы без дела, потому что сейчас у госнаркоконтроля дел нет. Ещё: Morphine, Twinemen, Bourbon Princess, Treat Her Right, Morphine Orchestra, The Bone.

Великолепный композитор Scott Bradley (и его братья по крови Raymond Scott и многоуважаемый Carl Stalling) занимает особую нишу среди мультипликационных композиторов. Психоделические пионеры нарисованных вселенных смеются смерти в лицо. Хрюкают, пускают слюни, сопят и стонут.

Music Romance Series by John Zorn — достойное времяпрепровождение для ценителей пикантного. Это не PainKiller, не Naked City, но хрустальный сосуд нежности, родом из счастливых западных 50х: The Dreamers. Продукция, выпущенная под торговой маркой Tzadik, имеет, временами, спрогнозированный “производственный брак”: 50 % зорновских изделий поддаются бесконечному серийному воспроизводству. Каждый месяц – новый релиз. С количеством уменьшается качество. Об этом стоило бы задуматься не только Зорну, но и коричневым аферистам в узких джинсах с афро, типа Омара Родригеса. Подобная плодовитость свидетельствует об одном: в прошлой жизни Джон Зорн был конвейером, станком на заводе у северокорейских братьев.